Не бензопилой ("Резня" Р. Поланского)

Написано: в январе 2012
Жанр текста: кинокритика, авторский обзор
Фильм: "Carnage" Р. Поланского, 2011
Опубликовано: на Sqd.ru 27.01.2012

«...И, хотя репутация вполне это позволяет, Поланский даже уже не кладет под дверь героям какашек, не якшается с демоническими силами, не болеет тотальной паранойей, и вообще ему уже под восемьдесят, и он просто предлагает зрителю задуматься над… Впрочем, даже уже и не предлагает. Поланский просто экранизирует понравившуюся пьесу....»

Не бензопилой

М-да, вот так глядишь на афишу, видишь название — «Резня» — и, кажется, сразу понятно, о чем фильм. Это ведь фильм, а только идиот не ориентируется в канонах киноименования — на уровне условного рефлекса в голове сразу всплывает что-то обязательно «техасское...» и исключительно «...бензопилой». И вот тут не важно, поворачиваешься ты в этот момент и уходишь от кинотеатра или, напротив, готовишься с упоением бежать в билетную кассу — разочарованию предела не будет.

Да, деньги-сборы-рейтинги... Есть такая работа — изображение продавать. Кто-то честно отработал: решил, что перевести исходное «Carnage» на русский лучше именно так. Хотя, «Побоище» — никакого Техаса, разве что-нибудь «ледовое» придет на ум — явно было уместнее (ну да Апресян ему судья).

Фамилия Поланский в титрах, конечно, может заронить сомнения: в свое время под его началом кто-нибудь кого-нибудь мог бы и порезать. Но те годы минули, и уже никто никого не режет — тем досаднее побежавшему в кассу при виде слова «резня». И, хотя репутация вполне это позволяет, Поланский даже уже не кладет под дверь героям какашек, не якшается с демоническими силами, не болеет тотальной паранойей, и вообще ему уже под восемьдесят, и он просто предлагает зрителю задуматься над... Впрочем, даже уже и не предлагает. Поланский просто экранизирует понравившуюся пьесу. Пьесу абсолютно театральную, со всеми вытекающими из этого стилистическими перегибами: четыре человека в одном и том же помещении полтора часа разговаривают. Тем досаднее ушедшему от кинотеатра ценителю драматургии, ненавистнику плотских «резней». Разговаривают.

Разговаривают обо всем, начиная с судьбы брошенных хомячков, заканчивая геополитикой фармацевтических компаний, а в основном о том, как неправ собеседник. И начинается все как будто с пустяков. Две семейные пары приличных с виду манер вынуждены собраться, чтобы уладить небольшие формальности — подписать документы, видимо, для страховых нужд: сын одной четы в детской игре палкой выбил зубы отпрыску другой. Инцидент конечно неприятный, но взрослые приличные люди не опускаются до детских обид — раскланиваются, потчуют друг друга пирогом и вообще образцово милы. Но слово за слово, и вот уже произнесенный в светской беседе пустяк превращается в повод для обвинения, сдержанный комплимент оборачивается ответным ушатом помоев, застарелые супружеские обиды смердят в лицо. И под конец фильма перед зрителем предстают вовсе не те персонажи, которыми они казались в начале.

Фабула разумеется не нова, по подобной схеме построены тысячи пьес. Поланский выбрал эту. Следует заметить, что и особого кино он из нее не делает — никаких символических вставок, метафорических отступлений, супердинамического монтажа, тем паче парящих камер и компьютерных фишек. Все крайне просто: приличные актеры просто прилично играют хорошо срежиссированную — в плане раскрытия и построения линии каждого героя — историю. Выходит это у актеров искренне, да и немудрено: практически каждый из приглашенных Поланским уже довольно понаступал на голливудские грабли и отработал в свое время двигающимся манекеном, занимающим экранное время в промежутках меж спецэффектами в каком-нибудь супербабловом блокбастере, и оттого явно пуще неволи ценит возможность сыграть судьбу живого человека, да еще и роняющего с себя социальные маски, обнажающего собственную ограниченность и малодушие. Сыграть в фильме, где кроме актеров ничего по сути нет. Феномен хорошей драматургии: формально в сюжете особой истории не заключено, но всего несколько реплик, несколько оценок — и перед зрителем появляются персонажи, каждый с историей своей жизни, со всею своею биографией, с детскими обидами и взрослыми упущениями. Персонажи разговаривают, и фильму ничуть не мешает то, что никакого четкого событийного развития с логическим финалом этот разговор не несет. Разговаривают. И зритель имеет возможность их слушать.

Впрочем, что-что, а обвинять Поланского в отсутствии конкретного финала явно не актуально, мастер в этом смысле придерживается собственного канона, какими бы эклектичными за прошедшие полвека ни были бы его работы.

Забавно, что кинокаталоги и прочие рассадники систематизации кто во что горазд пытаются найти фильму подходящий жанровый ярлык. Кто-то означает «Резню» как комедию, кто-то, напротив радикально записывает ее в драмы. Кто-то умеренно удовлетворяется трагикомедией. Находятся такие, которые ничтоже сумняшеся пишут все это через запятую. И, честно говоря, все по-своему правы: повороты ситуаций и словесные сцепки действительно в этом фильме порой откровенно комичны, вот только смеяться не очень хочется, ибо происходит это все на фоне общего бесповоротного «оскотинения» действующих лиц. И если этого всерьез не брать, тогда можно попробовать позабавиться, да только зачем тогда это смотреть, если это все не всерьез? М-да...

Д. Саблин
январь 2012, по заказу Sqd.ru