Еще комедия ("О чем еще говорят мужчины")

Написано: в январе 2012
Жанр текста: кинокритика, авторский обзор
Фильм: "О чем еще говорят мужчины", 2012
Опубликовано: на Sqd.ru 1.02.2012

«... Вроде и смеяться есть над чем, и сделано все на уровне, и даже хочется еще разок фильм пересмотреть, а пару цитаток на память пересказать друзьям в курилке, но бравурной песни в конце фильма не просится — а, впрочем, ее там и нет... Классическое мальчишеское «я вырасту — и буду делать что захочу» — идея о том, что можно как-то будет обхитрить жизнь, оказывается, и в зрелом возрасте так и остается глупостью. И, кажется, эта мысль авторам важнее, чем все хохмы и остроты... »

Еще комедия

В отечественном кинематографе есть добрая традиция снимать новогоднее кино специфического жанра: формально — этакая бесхитростная, почти схематическая история, но по ходу неспешного ее рассказа фильм вбирает в себя кавалькаду сценок и скетчей. Собственно, в них и кроется вся соль шедевра, и не важно, имеют эти интермедии прямое отношения к основному сюжету или же вовсе нет. Все это блюдо, несмотря на то, что, как правило, сдобрено общим позитивным настроем и увенчано, как минимум, хорошей финальной песней, однако пропитано веской долей горькой ироничности, что и четко отличает эти ленты от миллиона тривиальных сборных новогодних киноконцертов «смехаради», хотя и до серьезного драматического искусства там далековато. Если приглядеться, это можно почувствовать уже начиная с классической «Карнавальной ночи» и заканчивая стоящей на границе с высоким абсурдизмом «Операции СНГ». Упомянутая последней работа Рогожкина, впрочем, недаром то и дело приходила мне на ум, когда я смотрел очередных «...говорящих мужчин» от Квартета И.

Вообще, на фоне современной ситуации с юмором в отечественном масс-культе, комический язык театральной (а теперь и киношной) труппы Квартет И всегда выручал, как глоток свежего воздуха. Если лет пятнадцать назад всех тошнило от петросянщины с дежурными темами типа тещи, получки, соседей и телевизора, то выросшее «как бы протестное» поколение новых камеди с их неизбывными гомосексуальными позывами, прочими золотыми яйцами судьбы и иными потными подробностями, вкупе с вечно односложным кавээновским нахрапом, уже не позволяет надеяться на пусть не интеллектуальный — Бог с ним, — но такой юмор, где нужно сначала хотя б десять секунд подумать, а не заранее ржать просто от гримасы говорящего... Это в эфире, а на целлулоиде дело еще хуже.

Интернациональная четверка, политкорректно олицетворяющая славяно-еврейско-татарскую дружбу, впрочем, занимает в этом ряду небезупречную позицию. Хотя их юмор порой почти гениально абсурден и гротесков, а главное при этом импровизационно свеж, что делает авторам честь, но во всем остальном... И по выбору тематики для шуток слишком как-то близки они к народу, и, что греха таить, то кавээновское прошлое нет-нет, да покажет-таки свое рыльце, а то пережитки театральной капустности становятся неприлично очевидны в отсутствии формы квартетовской драматургии. Но если первая пара киноработ — откровенно наплюмаженные переложения коммерчески успешных театральных исходников «День выборов» и «День радио» — на место в отечественном кинематографе не претендовали, то фильм «О чем говорят мужчины» — роуд-муви с экзистенциальным ключевым событием, перевернувшим многое в дискурсе друзей — уже давал повод всерьез озадачиться. Он уже был снят с другой целью, страна так и не дождалась от него нетленных частушек, типа «Выборы-выборы, кандидаты — пи...ры», но, тем не менее, очень одобрительно скупила билеты.

Секрет такого успеха, не преуменьшая все иные плюсы, был заключен в другой — и тоже не совсем бесспорной — тенденции. Если не ошибаюсь, Пелевиным в свое время был метафорически сформулирован рецепт универсального зрительского спроса: представьте, что у вас в квартире стоит труба мусоропровода и в прямоугольное окно вы видите, как нечто все время проносится мимо вашего взора. Необыкновенная радость охватывает зрителя, когда в этом потоке он различает кусок от чего-то ему знакомого или обертку от когда-то использованного и им. Этот акт узнавания и доставляет наибольшее удовольствие. Фильм о «разговорах мужчин» напропалую эксплуатировал именно этот прием — мужчины на экране разговаривали о таких банальностях своей жизни, что не в той, так в другой фразе зритель узнавал себя и свои проблемы. Конечно, мужская речь шла о женщинах — вообще и о супружеской верности в частности, и попутно о еде — духовной и материальной. Зритель слушал, как по ту сторону экрана герои фильма говорили (еще и достаточно забавно говорили) о том, в чем он — по эту сторону — сам себе откровенно признаться или не мог или еще не успел, но у самого на языке оно уже вертелось, и это благовествование об интимно знакомом не могло его не взбудоражить, не взять за душу, ну или как-то где-то в организме не отозваться. И зрителю это понравилось. К слову говоря, гордый наездник подобного жанра — Е.Гришковец (а его «Сатисфакция» выходила на экраны одновременно с первыми «...Разговорами»), конечно, сказал, что это не правда, и таких мужских разговоров не бывает, но, однако, зритель себя в них узнал и к продолжению квартетовской беседы был готов.

И вот она — вторая часть. Жанр, на первый взгляд, выбран безупречно — та самая скетчевая новогодняя комедия с условно-схематичным сюжетом. В нашем случае: в последний предновогодний день, замотанный покупками и иными предпраздничными нервотрепками, один из друзей-героев — Саша — в сердцах посылает куда подальше дамочку, что чуть не вмазалась в его авто, поправ все правила дорожного движения. Да не на ту, однако, напал — и для разрешения ситуации офис нашего героя блокируют какие-то бритозатылочные личности. Никто на помощь придти не может — охранные службы не работают, родная милиция не бережет, «нужные люди» поразъехались по Тайландам, — выручают только верные друзья, что, бросив своих жен и любовниц, весь день болтаются и болтают в оккупированном офисе, скрашивая досуг «арестанта». Разговоры иногда прерываются эпизодами попыток освобождения, иногда камера переходит на сторону «противника», иногда показывает оставленных на новогодних кухнях жен героев. Эти вставки порой смешны. А вот сами разговоры... Разговоры, даже с учетом стиля первого фильма, серьезны и, если вдуматься, безысходны, хоть и бесподобно комически аранжированы — то Лев Толстой пожалует, а то и сам Зигмунд Яковлевич Фрейд, — но как начинается всё со сцены тотального телефонного вранья женам, причем вранья по привычке — почему-то нельзя сразу сказать, что мужчины выручают друга из беды, так и заканчивается ничем. Никакого «мирком — да за свадебку». Видимо, рвущееся из души в предыдущем фильме, — а средний возраст славится своим кризисом, — не смогло быть наглухо отринуто и неизбежно легло в основу сценария второго.

Еще очевиднее это, если взглянуть на параллельное кино (уж непонятно, нечаянно или нарочно процитированное), если в рогожкинской «Операции СНГ» киллеры, дожидавшиеся в машине свою жертву, в то время, как все честные люди празднуют, донимали друг друга разговорами о кулинарии, то в «...Разговорах» они беседуют о том, что у одного в школе была пятерка по физике, а другой был филологически одарен, только все эти таланты никому теперь оказались не нужны. Или в истории вахтера, что вспоминает как в детстве хотел стать космонавтом, но отчего-то же стал вахтером, хотя ведь не хотел. И даже очень влиятельный человек, что таки появляется в апогее фильма для окончательных разборок с провинившимся Сашей, тоже оказывается делает в жизни вовсе не то, что хотел бы... Классическое мальчишеское «я вырасту — и буду делать что захочу» — идея о том, что можно как-то будет обхитрить жизнь, оказывается, и в зрелом возрасте так и остается глупостью. И, кажется, эта мысль авторам важнее, чем все хохмы и остроты.

Поэтому вроде и смеяться есть над чем, и сделано все на уровне, и даже хочется еще разок фильм пересмотреть, а пару цитаток на память пересказать друзьям в курилке, но бравурной песни в конце фильма не просится — а, впрочем, ее там и нет...

Нет, язык не поднимется обвинить квартетовцев в лицемерии — мол, «самим нам интересно вообще другое, но раз публика требует, мы вот вам тут покажем то, над чем вы хотите посмеяться...» — а если и поднимается, то опускается с неохотой. Интеллигентные мужчины среднего возраста могут себе позволить и по-пролетарски ржать над узколобостью подвыпившей десантуры или над хамовитостью накрашенных халд. Даже «так себе» темка «барышни напимшись поехали рулить машиной» была бы вульгарна, если бы кроме этого в фильме не было ничего тоньше и выше. Но окинув взором все увиденное, а особенно сравнивая его с предыдущими киноопусами Квартета, у меня лично создается впечатление, что к четвертому фильму и к пятому десятку прожитых лет сказать авторы хотят уже о более важном и вовсе иным языком, а вынуждены по роковой привычке штамповать шутки, плясать вокруг смешного поворота сюжета и на всякий случай делать кинокомедию, видимо, из страха быть не услышанными вообще. Тем более, что, по свидетельству очевидцев, в своей исходной — театральной — деятельности великолепной четверке от комического амплуа уйти удалось.

Остается надеяться, что пятый фильм будет уже фильмом мужчин, достойно победивших пресловутый возрастной кризис.

Д. Саблин
январь 2012, по заказу Sqd.ru